А. В. Горский. Историческое описание. Часть I

ГЛАВА VII.

ПРОДОЛЖЕНИЕ ЛЕТОПИСИ ПОСЛЕ ОСАДЫ.

45. ДИОНИСИЙ (1610–1633).

Пр. Дионисий родом был из города Ржева; в мире именовался Давидом; по желанию родителей вступил в супружество; «за благочестие» удостоен сана священства; но вскоре лишился супруги, и вступил в Старицкий Богородичный монастырь. Любовь к просвещению и смиренная кротость отличала Боголюбиваго инока пред всеми; около 1605 г. возведен в сан Архимандрита того монастыря1. В смутное время Царя Василия Иоанновича Шуйскаго он особенно обратил на себя внимание Патриарха Гермогена, так что в последнее время неотлучно при нем находился. Царь в нем имел одного из ревностных защитников своего престола. Когда Иоасаф оставил Троицкую обитель, Царь и Патриарх вверили ея управление Пр. Дионисию2.

Обитель Сергиева, после продолжительной осады, требовала от своих властей ревностных усилий к возстановлению ея благосостояния. Но нескоро пришла сему чреда; потому что еще призывало их к новым усилиям и пожертвованиям бедствующее отечество.

В посольстве, отправленном в Польшу просить на престол Польскаго Королевича Владислава, вместе с другими духовными и светскими, находился Троицкий Келарь Аврамий Палицын. Заметив коварство Поляков, он скоро (в дек. 1610 г.) возвратился в Россию, испросив себе отпуск у самого Короля. Филарет, Митрополит Ростовский, первенствовавший в совете свиты посольской, негодовал на сей поступок Аврамия; но должен был переменить свои мысли, когда лучше усмотрел намерения старца. Аврамий начал тем, что сделал приношение обители на случай своей смерти3, потом продолжал подвизаться с ревнителями блага отечественнаго.

Для освобождения Москвы от Поляков, обитель Троицкая отправила4 в пособие верным сынам отечества 250 своих слуг и стрельцов и пригласила к содействию окрестные города5. Архимандрит Дионисий и Келарь Аврамий граматами убеждали всех «постоять за благочестие и отечество крепко и мужественно».

Между тем обитель предлагала кров, пищу и врачевание лишенным крова и изувеченным от врагов. Архимандрит Дионисий убеждал братию и слуг монастырских служить бедствующим, кто чем может; приказал устроить странноприимные домы и больницы в подмонастырных слободах и в селе Клементьеве. Бедные слуги и крестьяне приняли на себя попечение о больных и умирающих. Братия согласились довольствоваться на трапезе овсяным хлебом и водою, чтобы сберечь пшеницу и ржаной хлеб для раненых. По окрестным лесам и дорогам разсылаемы были люди собирать изнемогших от ран и мучений, и приводить в обитель, или погребать умерших. Старец Дорофей, келейник Пр. Дионисия, днем и ночью разносил от него больным и раненым платье, полотенца, раздавал нуждающимся деньги и утешал скорбящих6. Такое пособие страждущим оказывала обитель во все то время, доколе Москва боролась с Поляками, около полутора года. Тысячи умирали и при таких попечениях: сколько же спасено от смерти, которою угрожали болезненныя раны, голод, зима и всякия перемены воздушныя! Многие из спасенных в благодарность за сие, навсегда посвятили себя трудам в обители. Келарь Симон полагает в сие время более 7000 умерших, и до 500 оставшихся при обители во многих службах: по сему можно судить, как велико было число всех воспользовавшихся пособиями от обители7. Сам воевода Димитрий Тимофеич Трубецкой, утомленный бранию, искал в обители возстановления сил своих для новых подвигов8.

От 13-го июля 1611 г. Дионисий и Аврамий писали в Казань, Нижний- Новгород и во все понизовые и поморские города, умоляя о помощи людьми ратными и казною9. Когда же Гетман Хоткевич, с новыми силами прибыв из Польши, осадил Трубецкаго, и в воинстве Русском не было ни хлеба, ни оружия, Архимандрит Дионисий и Келарь Аврамий, по письму Трубецкаго, созвав на совет всех бывших в монастыре бояр, дворян и дьяков, еще послали в Ярославль и во все замосковные и поморские города просительныя граматы о сборе ратных людей (от 6-го окт.), а к Москве отправили монастырских слуг с свинцом и порохом, вынув заряды из осадных орудий монастырских10. Из Нижняго-Новгорода и окрестных городов действительно собрались уже силы к Ярославлю, подвигнутыя Мининым, предводительствуемыя Князем Пожарским. Архимандрит Дионисий и Келарь Аврамий, отвергнув предложение новаго самозванца Псковскаго, спешили соединить раздробленныя силы верных сынов отечества, побуждая Пожарскаго, как можно скорее итти к Москве. Одни иноки за другими были посылаемы из обители в Ярославль с убеждением и даже угрозами духовными: но Пожарский медлил. Наконец Келарь Аврамий (28 июня11) сам отправился к медлительному воеводе и достиг своей цели. 14-го августа Пожарский был уже в Лавре; 18-го на горе Волкуше Архимандрит Дионисий, совершив молебствие, благословил христолюбивое воинство на брань за веру и отечество. К успокоению недоверявших успеху дела, ветер доселе противный, сделался попутным воинству и все двинулись с надеждою к Москве. Келарь Аврамий пошел вместе с ними12.

Но и соединившиеся под Москвою Князь Трубецкой и Пожарский действовали не единодушно. Из обители писали к ним о мире13. Келарь Аврамий переходил из стана в стан, то склоняя несогласных воевод к взаимному вспоможению, то ободряя в самых сечах именем Сергия, то убеждая казаков не отделяться от воинства. Чтобы удовлетворить корыстолюбивым, обитель предложила казакам последния свои сокровища: священныя ризы. Но никто не дерзнул коснуться святыни, и все единодушно обещались не отступать от столицы, доколе не освободят ея.

Когда таковыя усилия открыли православному воинству Москву и оно, вместе с оставшимися жителями ея, по молебствии на лобном месте, в предшествии священнаго собора, вступило во врата Кремлевския, Архимандрит Дионисий первенствовал в сем собрании торжествующих.

Во время избрания Царя, Аврамий был посредником державших совет земский; Аврамий на лобном месте объявил избрание Михаила Феодоровича. В посольстве в Кострому для призвания новоизбраннаго Царя на престол, также находился Аврамий.

Проходя в Москву, Царь пробыл в обители Троицкой неделю, укрепляясь молитвою к подвигу великаго служения14. Для ревнителей блага отечественнаго высоким наслаждением было видеть свое дело увенчанным благословением Божиим.

Время было позаботиться наконец об уврачевании ран обители15, которой башни и стены остались от осады в разселинах, келлии, поколику уцелели от пожара, частию без крова; владения ея были разорены; люди разсеяны или избиты врагами; права и преимущества нарушены во время безначалия. По ходатайству Дионисия Царь подтвердил сии права новыми граматами16 и повелел крестьян, убежавших из вотчин монастырских, возвратить на свое место17. А деятельными распоряжениями властей монастырских мало-по-малу изглаждались следы разрушения и скудости в обители18.

Чрез восемь лет после первой осады, обитель была в опасности подвергнуться второй. Королевич Владислав, котораго Польша хотела сделать Царем России, шел к Москве с свежими войсками Польскими и Литовскими. 24 сент. 1618 г. Чаплинский, командовавший полком Лисовскаго, идя на соединение с войсками Королевича Владислава от Переяславля, внезапно явился под стенами монастыря. Жители посада и воины монастырские вступили с ним в бой и выгнали его из Стрелецкой слободы. Но он, удаляясь, выжег село Клементьевское и слободы, лежавшия за прудом. Келарь Аврамий Палицын с воеводами Семеном Жеребцовым и Яковом Дашковым, ожидая новаго нападения, решились выжечь и остальныя, и не обманулись. В ноябре Королевич, отраженный от Москвы, со всеми силами двинулся к Троицкому монастырю. Но угнетаемый с одной стороны неудачею под Москвою, с другой требованием Короля возвратиться в Польшу и своеволием голоднаго войска, Владислав искал только сел менее раззоренных, чтоб стать в них с своими войсками; конечно монастырь и в таком случае обещал более удобства, нежели бедныя деревни. Но в ту же ночь, когда готовился итти на приступ, услышав в монастыре большой колокольный звон к утрени воскреснаго дня, подумал, что это тревога осажденных к вылазке и напрасно прождал Русских в бездействии.

Твердость обители во время прежней осады отнимала у неприятеля охоту предпринять новую. Чтобы расположить затворившихся в монастыре не делать вылазок, Сапега прислал к Келарю и воеводам двух Троицких крестьян с образом Святителя и Чудотворца Николая Можайскаго, и с объявлением, что войскам запрещено жечь Троицкия села и брать в плен или убивать Троицких крестьян.

Главный стан Королевича находился в деревне Рогачевой. Канцлер Сапега с бискупом Новодворским стояли в Сваткове, Гетман Хоткевич расположился далее к Переяславлю19.

После предварительных переговоров под Москвою для решительнаго соглашения о мире избрана деревня Деулино20, находившаяся между Троицким монастырем и неприятельским лагерем. Прибыли из Москвы в монастырь послы: боярин Шереметев, Князь Мезецкий и окольничий Измайлов. С Польской стороны уполномоченными были: бискуп Новодворский, Плихта и канцлер Сапега. Два первые съезда были безуспешны. Тогда иноки обратились с молитвою к Пр. Сергию, упование их не было постыждено. Поляки сами призвали послов Русских, и 1-го декабря утвержден был между Россиею и Польшею мир на 14-ть лет.

Кроме успокоения России, этим миром куплена была свобода родителю Государеву, Митрополиту Ростовскому Филарету и другим знатным сановникам. Св.  обитель справедливо торжествовала заключение сего мира, хотя сама лишилась части своих владений с городами, уступленными Польше, а чрез год Архимандрит Дионисий и Келарь Аврамий Палицын поставили в деревне Деулине церковь во имя Пр. Сергия, истиннаго миротворца, как его называют местные жители доселе21.

В самое же время заключения мира Пр. Дионисия не было в монастыре. Он страдал в заключении в Москве, оклеветанный в повреждении св.   книг.

С возобновлением книгопечатания в Москве, после изгнания из нея Поляков, найдено нужным пересмотреть изданный в 1602 г. типографщиком Андроником Невежею требник, чтоб издать его в исправнейшем и полнейшем виде. Для сего был вызван в Москву из Троицкаго монастыря канонархист Арсений и священник Иоанн Наседка (около 24-го октября 1615 года); но они представили Царю, что им нельзя приступить к сему делу без какого нибудь значительнаго лица в Церкви, и без сличения многих списков сей книги. Царь поручил сие Архим. Дионисию вместе с старцами Арсением и Антонием и Клементьевским священником Иоанном, в Троицком монастыре (около 8-го ноября 1616 г.).

Исправители имели у себя до двадцати списков требника, из коих некоторые были писаны лет за двести и более; и между прочими список Митрополита Киприана; на сем основании они между прочим исключили погрешительное в издании Невежинском прибавление слова: и огнем, в молитве освящения воды в день Богоявления, и сделали изменения в славословиях, коими оканчиваются многия молитвы. По представлении дела на разсмотрение Сарскому Митрополиту Ионе, и другим духовным властям, сие исправление оглашено было ересию; тщетно исправители доказывали своим судиям неуместность прибавленнаго слова в настоящей молитве, указывая на древние списки, на печатный греч. требник, на слова Христовы у Иоанна 3, 5 и в книге Деян. 1, 5, где нет сего слова; тщетно представляли, что в чине крещения младенцев слова: и огнем не находится. Их справедливым доказательствам не внимали, отвергали и справедливыя исправления славословий. Лихоимцы обещали потушить все дело, если Дионисий согласится дать им значительную сумму. Но защитник истины отвечал: «я денег не имею, да и дать не за что. Худо для чернеца то, если велят его разстричь, а достричь – это венец ему и радость». Ему грозили ссылкою в Сибирь или в Соловецкий монастырь. Дионисий не устрашился таких угроз. Его били и мучили в продолжении сорока дней, ставили в дыму на полатях; наконец определили заточить его в Кириллов Белоезерский монастырь. И только потому не привели в исполнение сего приговора, что путь к месту заточения прегражден был Польскими войсками. Страдальца заключили в Новоспасском монастыре, возложив на него тяжкую эпитемию, которую в праздничные дни он должен был исполнять публично, на дворе митрополичьем, среди поруганий от народа. В таком положении Дионисий провел в Москве целый год. Арсений также страдал в оковах на Кирилловском подворье, зимою в одной свитке, часто без куска хлеба. Прибывший в 1619 г. в Москву Патриарх Иерусалимский Феофан обратил внимание на них, и когда возвратился из плена отец Царя Михаила Феодоровича Митрополит Филарет, то, немедленно после возведения его в сан Патриарха, просил разсмотреть их дело. С своей стороны Феофан представлял, что в греческом требнике слова: и огнем в той молитве нет, и на Востоке оно не прилагается. Собор, бывший по сему случаю в Москве, освободил Дионисия и отпустил в свой монастырь.

Патриарх Феофан, быв в Лавре, возложил на страдальца истины свой клобук, положив его прежде к ногам Пр. Сергия и совершив молитву к Угоднику Божию.

Другое умилительное зрелище представляла беседа Патриарха с старцами защитниками Лавры, во время продолжительной осады ея. Это такая страница в истории Лавры, которую всего приличнее читать в описании самого очевидца, старца Симона Азарьина. В житии пр. Дионисия он пишет, что Патриарх всему братству Лавры, со слезами радости, изъявил одобрение за его подвиги: «Прежде бо слышаша все Церкви Восточныя скорбь вашу и труд, яже подъясте о Христе от гонящих вас правыя ради веры, и ныне убо не неведомо есть о всем, яже случишася вам беды подъяти; ныне же очеса моя видеша вся, за что страдасте, и не без ума, зане многим бысть ко спасению». – В особенности он изъявил желание видеть тех иноков св.  обители, которые, во время беды ратной, дерзнули возложить на себя броню и с оружием в руках ратовать против врагов. Преподобный Дионисий принял было сие требование с недоумением: но подвижники добровольно вызвались: «Яви нас, отче, Владыце нашему; буди все по воли его». И представлены Патриарху более двадцати иноков, «в нихже первый был именем Афанасий Ощерин, зело стар сый, и весь уже пожелтел в сединах.» Патриарх спросил его: «ты ли ходил на войну и начальствовал пред вои мученическими?» – Афанасий ответствовал: «ей, Владыко святый, понужден был слезами кровными». Патриарх спросил еще: «Что ти свойственнее, иночество ли в молитвах особо, или подвиг пред всеми людьми?» Афанасий, поклонясь, ответствовал: «всякая вещь и дело, Владыко святый, во свое время познается: у вас, святых отец, от Господа Бога власть в руку прощати и вязати, а не у всех; что творю и сотворих – в повелении послушания»; и, обнажив главу свою, поклонился ему, и рече: «известно ти буди, Владыко мой, се подпись латынян на главе моей от оружия; еще же и в лядвиях моих шесть памятей свинцовых обретаются; а в келлии сидя, в молитвах, как можно найти было из воли таких будильников к воздыханию и стенанию? а все се бысть не нашим изволением, но пославших нас на службу Божию.» Патриарх, без сомнения, удовлетворенный дознанием, что над воинственным одушевлением тем не менее господствует дух иноческаго благочестия, смирения и простоты, благословил Афанасия, целовал его «любезне», и прочих его сподвижников отпустил «с похвальными словесы»22.

Пр. Дионисий должен был бороться с упорным невежеством и внутри своей обители. Дерзкими, иногда даже буйными поступками и ложными мнениями не мало оскорбляли его дух уставщик Филарет и певец Логин, бывший прежде справщиком на печатном дворе, и всеявший свои заблуждения в печатанный им устав церковный, который впоследствии по грамате Патриарха Филарета был отвсюду отобран23. Не смотря на то, Пр. Дионисий со всею любовию и кротостию старался о вразумлении заблуждающих, ввел в обители чтение бесед Св.  Златоустаго по переводу, сделанному Силуаном, также бесед Григория Богослова, и разсылал их списки по монастырям. Миролюбивая душа его наблюдала за строгим соблюдением правил устава в церковном Богослужении, украшением св.  церквей не только в обители, но и в селах, подведомственных Лавре, часто на собственный кошт, и постоянным поминовением пред престолом Божиим всех благотворителей обители. «Келлия устава не имать», говорил Дионисий, и в келлии, по своей горячей любви к Богу, почти все время проводил в молитве, в чтении слова Божия и писаний Св.  Отец.

Пр. Дионисий мирно скончался после двадцати трех-летняго управления 10-го маия 1633 г., приняв пред кончиною своею схиму. Патриарх Филарет сам отпевал тело его в Троицком Богоявленском монастыре, для чего нарочито оно было привезено в Москву. В обители Троицкой в его время было до 30 иеромонахов, 15 иеродиаконов и до 50 клирошан.

Келарь Аврамий Палицын оставил Лавру еще в 1621 г., и возвратился в Соловецкий монастырь на свое обещание. На место его из той же обители вызван старец Александр Булатников. Он происходил от значительной фамилии, пострижен был в Соловецком монастыре и несколько времени пользовался советами и наставлениями основателя Троицкаго Анзерскаго скита, подвижника Елеазара, котораго учеником был и Патриарх Никон, в начале своего иночества. Александр был Келарем Троицкаго монастыря около 20 лет. В течение сего времени он принес монастырю богатыя вклады24 от своего прежняго достояния и от щедрот Царских, которыми пользовался как восприемник Царских детей. Он воспринимал дщерей Царских Ирину и Пелагию, сына и преемника престола Алексия, Анну, может быть, и других Царевен25. Он сложил с себя звание Келаря в начале правления Архим. Адриана, и с граматою от Царицы Евдокии Лукиановны, которою предписывалось покоить его, как восприемника Царских детей, удалился на свое обещание, в Соловецкий монастырь26.

46. НЕКТАРИЙ (1633–1640).

Взят был из настоятелей Пешношскаго монастыря27; правил Троицким монастырем семь лет и оставил управление по преклонности лет. При нем между Россиею и Польшею снова возгорелась война еще до истечения срока Деулинскаго мира. Тогда обитель Троицкая, вместе с прочими монастырями, по определению Собора Московскаго, посылала своих слуг и крестьян против врагов, и по окончании войны вписала убиенных в синодик для всегдашняго поминовения28.

47. АДРИАН (1640–1656).

Переведен из Толгскаго монастыря. Преп. Дионисий предсказывал ему, что он будет жить в Троицком монастыре29.

При Адриане в 1642 году, по случаю доносов, присланы были окольничий Волынский и дворянин Панин с двумя дьяками и осьмью подъячими переписать все церковное имущество, деньги, запасы съестные и воинские, монастырских людей и скотный двор, как в Троицком монастыре, так и во всех подведомственных ему30. Опись сия, продолжавшаяся два года, сначала производилась с большим отягчением для властей монастырских, особенно по той причине, что Окольничий Феодор Волынский домогался уступки ему за ничтожную цену сельца Воронцова, отказаннаго в монастырь сестрою его. Стеснение доходило до того, что без разрешения Государя не дозволяли поправлять ризницы, сделать новую крышу на паперти Троицкаго собора, расписать стены в братской трапезе31. Но сия опись доныне служит доказательством попечительности настоятелей Троицкаго монастыря об устроении Троицкой обители после продолжительной осады, и что, не смотря на истощение сокровищ монастырских в смутное время, наследие предков не расточалось по произволу, а сохранялось и приумножалось.

Деятельным сотрудником Адриана был ученик Пр. Дионисия, Келарь Симон Азарьин, шесть лет живший в келлии у него и потом посланный в строители Троицкаго Алатырскаго монастыря, но по смерти Пр. Дионисия определенный казначеем (в 1634 г.) и после Аврамия Подлесова, Келарем Троицкаго Сергиева монастыря. Обязанный св.  Дионисию и исцелением от болезни, и духовными наставлениями, и избавлением от опасности, угрожавшей ему в Алатырском монастыре от недоброжелательных людей, Симон служил обители Преподобнаго Сергия с ревностию достойнаго своего наставника. Его тщанием в первый раз издано в печать житие Пр. Сергия в 1647 г., описанное учеником его Епифанием, дополненное Пахомием, и после него самим Симоном. Симон извлек свои дополнения то из летописей, то из сказания об осаде Троицкаго монастыря, и к этому присовокупил свои записки о новоявленных чудесах Пр. Сергия. Впрочем его ревность о славе имени Пр. Сергия не была вполне утешена; типографщиками не все было напечатано, что он представлял (из написаннаго им только пять глав), и не все так, как у него было написано. Впрочем это не ослабило его усердия, он продолжал свои записки о новых явлениях силы Божией чрез Пр. Сергия как в сей обители, так и в других местах, особенно в селениях Троицкаго монастыря и монастырях ему подведомственных, имея на сие повеление от самого Царя Алексея Михайловича и Патриарха Иосифа в 1651 году32.

Возбуждаемый тем же боголюбивым усердием Симон описал и житие наставника своего Пр. Дионисия и составил ему канон33.

Когда хотели быть внимательными, тогда часто имели случай увериться в неоскудевающем изобилии благодатных даров Пр. Сергия для всех прибегающих к нему с верою. Симон повествует о многих исцелениях болящих призыванием имени Пр. Сергия и прикосновением к св.  мощам его и об избавлении от угрожающих бедствий по молитве к нему близких и дальних. Между другими сказаниями обращает на себя внимание следующий случай. В сент. 1651 г. Патриарх Иосиф, быв на празднике Пр. Сергия в Троицкой обители, сказывал Архимандриту и прочей братии, что с некотораго времени стал он чувствовать внутреннюю болезнь: «щемоту в утробе», которая лишила его сна. В своей немощи он часто обращался с молитвою к Пр. Сергию, просил угодника Божия исходатайствовать ему у Господа терпение, или исцелить от болезни. В одно время, когда забылся он, представилось, будто он идет к мощам Пр. Сергия; пришел и видит Сергия сидящим в раке своей. Св.  Сергий благословил Патриарха рукою своею, осязал больныя места и даровал ему здравие, но в то же время призывал его к вечному покою. Патриарх Иосиф действительно вскоре скончался, 15 апр. 1652 г.

В 1652 г. Троицкая обитель увидела в стенах своих зрелище особенно умилительное. К празднику обретения мощей Пр. Сергия прибыли сюда мощи св.  Филиппа Митрополита Московскаго, переносимыя из Соловецкаго монастыря. 5-го июля оне были здесь, в Троицкой соборной церкви, а 6-го препровождены к Москве34.

В 1654 г. во время мороваго поветрия, свирепствовавшаго в Москве, Патриарх Никон, препровождая Царскую фамилию в Колязин монастырь, с пути из Троицкаго монастыря отправил в столицу два образа: Пресвятыя Богородицы Казанския и Пр. Сергия с священником Московскаго Успенскаго собора, и с иноками Троицкаго Сергиева монастыря для молебствия об утишении гнева Божия (27 авг.)35. Первая из сих икон вероятно есть не задолго пред сим прославленная Казанская икона Божией Матери в Подольнем Пятницком или Введенском монастыре36.

С умножением славы имени Пр. Сергия возрастало и число прибегающих к нему с молитвою. Весною 1649 г. был в обители Преподобнаго Сергия Иерусалимский Патриарх Паисий, в июне 1653 г. бывший Патр. Константинопольский Афанасий, который, возвращаясь из России, на пути в Лубнах и преставился37.

Царь Алексей Михайлович, по примеру своих предков, каждогодно посещал св.  обитель, даже по два и по три раза. Особенно примечательны его путешествия в 1650 и 1652 г. В первый раз он приходил сюда на Троицын день с супругою своею Царицею Марьею Ильиничною, пеший; в последний, отправившись из Москвы, на дороге он получил известие о сильном пожаре в Москве; немедленно отпустил своих бояр, а сам, совершив моление в обители 6 июня, не быв за обыкновенным столом, отправился в Москву38.

В 1649 г., по повелению Царя Алексея Михайловича, бывший строитель Троицкаго Богоявленскаго монастыря, Арсений Суханов, вместе с иеродиаконом Ионою, был послан в Иерусалим «для описания св.  мест и Греческих церковных чинов»39, а в 1654 г. он же, по распоряжению Патр. Никона, отправился на Афон и другие Восточные монастыри для отыскания и покупки греческих и древних славянских рукописей, которых и куплено им до пятисот40. Старец Арсений Суханов скончался 1668 г. авг. 14-го и погребен близ Серапионовской палатки.

48. ИОАСАФ II-й (1656–1667).

Переведен из Владимирскаго Рождественскаго монастыря 25 апреля 1656 г. Памятник его времени есть послание Царя Алексея Михайловича на имя Препод. Сергия и Никона и на имя Архимандрита Иоасафа с братиею, в благодарность за успех в войне с Польшею. Возвращаясь из Троицкаго монастыря, где праздновали день памяти Пр. Сергия, Царь Алексей Михайлович, на пути, получил первыя утешительныя вести от полководца Василия Шереметева, и немедленно возвратился в обитель, принес здесь благодарение Богу, а отходя, заповедал всей братии трехдневный пост и молитву о довершении победы и водворении мира. Повеление Царя было исполнено, и он получил донесение о новых победах, одержанных 24, 25 и 26-го сентября. Признавая в сем новую милость Угодника Божия, Царь и прислал благодарственныя граматы в обитель на имя небесных и земных молитвенников, извиняясь, что за осенним временем не мог сам приехать в обитель41.

ПОСЛАНИЕ.

«В дом Пресвятей и Живоначальной Троице и великому Отцу и Чюдотворцу, заступнику же и крепкому молитвеннику и скорому помощнику и кормителю всех Царей Российских и держащему Царю и их Российскому царствию свободителю, преподобному же и предивному в чюдесех Сергию, и споборителю на враги борющихся с нами и поругающихся Российскому царствию, и преподобному Отцу Никону, Радонежским: верный и грешный раб Христов, и ваш желательный и усердный и даровательный вашими святыми молитвами, по духу сын и предстатель всегдашний пред гробницами вашими, в них же многоцелебныя мощи яве предлежат, и мимотекущаго сего света седящий на престоле царстем и содержащий по изволению Божию, вашими отеческими молитвами, царства Российскаго скифетр и пределов его, и тленный Царь Алексей, и с супругою своей Царицею Мариею, и с сыном своим Царевичем Князем Алексеем, и с сестрами своими, с Царевною княжною Ириною, с Царевною Княжною Анною, с Царевною Княжною Татьяною и со дщерьми своими, с Царевною Княжною Евдокеею, с Царевною Княжною Марфою, с Царевною Княжною Софьею, с Царевною Княжною Екатериною, с Царевною Княжною Мариею, и со всем Царством Российским, покланяемся Пресвятыя и Живоначальныя Троицы пресвятому Ея образу и вашим великих Чюдотворцов мощем до лица земли, и просим благословение и прощение и отпущение согрешений своих и поможение на враги наши; а о победе благодаря благодарим и вторицею покланяемся до лица земли.

Тоя же обители отцем преподобному Архимандриту Иоасафу и пречестному келарю Аверкию и честному казначею Леонтию, еже о Христе с братиею, повелением Божиим, и молитвами великих Чюдотворцов Сергия и Никона, Российскаго Царствия и всех пределов его тленный Царь Алексей челом бьет со всем домом своим Царским.

Прошлого месяца сентября, как мы Государь были в дому Пресвятыя и Живоначальныя Троицы, на преставление великаго в чюдесех и предивнаго Сергия Радонежскаго Чюдотворца, и что великий Чюдотворец для своего празднества какое чюдо сотворил, в победу нам Государю и всему нашему Царству Российскому, и нас Государя от печали утешил: и мы, господа, тогожь часа, где приимше грамоту приидущую на монастырь, от боярина нашего Василия Шереметева о победе и о здравии его и всех ратных людей и о растоянии в печалном путном шествии, возвратилися в церковь Пресвятыя и Живоначальныя Троицы и к преподобным Отцем Сергию и Никону, и совершали молебное пение соборне, и после молебнаго пения сами мы Государь вам отцем и освященному собору о победе на враги наши боярина и воеводы и в далном путном шествии его боярина и воевод с товарыщи и всех ратных людей о здравии объявляли всем вслух, и с вами преподобными отцами и со освященным собором милость Пресвятыя и Живоначальныя Троицы и заступление преподобных великих Отец предивнаго Сергия и подобнотворителя ему Никона Чюдотворцов, по премногу благодарили со усердием и с радостными слезами, и пожаловали вас милостынею другою; и по сшествии от вас с монастыря, во вратах святых, по конечном отпуске, заповедали вам с великим молением сотворити пост три дни и молити Пресвятую Живоначальную Троицу, и о предстательстве великих Чюдотворцов и преподобных Отец Сергия и Никона, о совершении победы и о мире и о тишине; и то вам отцем самим ведомо. И вашего ради святаго и целомудреннаго поста какую милость Пресвятая и Живоначальная Троица, предстательством великаго и славнаго, предивнаго и скораго помощника Сергия Чюдотворца, на самый праздник его святый, и молитвами преподобнаго Никона Чюдотворца, победу даровали. О блажении и треблажении отцы святии, воистинну велик ваш пост и приятна ваша молитва Богу и поистинне небеснии человецы и земнии ангели наречетеся! Не ложно бо есть писано во святом писании: воистинну дом плача суть монастыре, идеже вретище и пепел, идеже уединение, идеже смех ни един, ниже житейских вещей молва, идеже пост, идеже долу легание: прииди к ним, друголюбству приступи, прикоснися святым ногам: много бо честнейшее есть онех прикоснутися ногам, нежели инех главе, святи бо суть нозе, аще и худи суть, а скверных ниже глава честна есть, нозе бо святых много возмогоша. И мы тое отписку послали к вам и велели прочесть, после молебнаго пения, на соборе всем вслух, и велели вам дать списать, да незабвенна будет милость Пресвятыя и Живоначальныя Троицы и предстательство преподобных Отец Сергия и Никона Чюдотворцов в роды и роды.

А для молебного пения, и с милостынею и с речью послали мы Государь столника нашего и ближнего человека Князь Алексея Андреева сына Голицына; а поход свой мы Государь в дом Пресвятыя и Живоначальныя Троицы и преподобных Чюдотворцов Сергия и Никона о благодарении отставили, нестройнаго ради осеннего пути, и о том бы вам отцем молить Пресвятую и Живоначальную Троицу и преподобных Отец Сергия и Никона, чтоб на нас грешных не разгневалися, и вам бы отцем святым на нас в том не подивить же; а впредь, еще даст Бог да живы будем, и мы Великий Государь не замедлим по подобному времени побывать; а вам всем отцем покланяемся. Аминь».

До нас дошла также грамата Царя Алексея Михайловича Архимандриту Иоасафу, свидетельствующая о его глубоком благоговении к святыне обители и вместе уважении к иноческому сану.

«В обитель Пресвятые и Живоначальные Троицы и преподобных Отец Сергия и Никона Чюдотворцев, великому и святому и преподобному священно-архимандриту Иоасафу грешный Царь Алексей. Пресвятыя и Живоначальныя Троицы и преподобных Отец Сергия и Никона образом и их преподобным мощем и гробу покланяемся до лица земли и тебе, пречестному по духу отцу и богомольцу, покланяемся же и благословения и прощения просим; да послали к тебе, пречестному отцу и богомольцу, сокольника нашего Михайлу Юрьева, и ты бы, богомолец наш, прося у Пресвятыя и Живоначальныя Троицы и у преподобных Отец милости сотворил и прислал тайно, никому же поведавше сию тайну, священнаго масла великаго четвертка в сосуде и воды с ног больничных братий, умыв сам тайно, и воды из колодезя Сергия Чюдотворца три ведра, отпев молебен у колодезя, за своею печатью»42.

Правив Троицким монастырем 10 лет и 10 месяцев, Иоасаф уже в преклонных летах призван на Патриаршеский Всероссийский престол после Никона.

49. ФЕОДОСИЙ II-й (1667–1674).

Переведен из настоятелей Новгородскаго Юрьева монастыря, быв постриженником Троицкой обители. На украшение церкви иконами и ризами пожертвовал в разныя времена более 600 руб.43. Он скончался 1 сентября 1674 г. и погребен подле Серапионовской палатки.

50. ВИКЕНТИЙ (1674–1694).

Переведен из Владимирскаго Рождественскаго монастыря в сентябре 1674 г. В его время обитель Препод. Сергия вновь явилась оградою безопасности для Царя и царства.

В 1682 г., по ранней кончине Царя Феодора Алексеевича, на престол был возведен младший брат его Петр Алексеевич (27 апреля). Стрельцы, недовольные своими начальниками и подущаемые властолюбивыми боярами и Царевною Софиею, открыли бунт, буйно требуя смерти своих полковников (28 апреля) и потом воцарения вместе с Петром старшаго брата его Иоанна (15 мая). Едва затихло сие волнение удовлетворением их требований, и юные Цари, приняв в соправление Софию (28 мая), чрез десять дней по венчании на царство (23 июня) встретили новое возмущение уже против Церкви. Защитники раскола, ободренные успехами стрелецкаго бунта и надеясь сами получить удовлетворение, требовали отмены постановлений православия. 5-го июля, в праздник Пр. Сергия, в Москве начальники раскола, Никита Пустосвят и его сообщники, с многочисленною толпою, приступили к Царским палатам, вызывая Патриарха на лобное место для прения о вере. Патриарх Иоаким, наученный кровавыми опытами прежних возмущений, видел в сем вызове намерение истребить всех защитников православия; но, подкрепив себя молитвою к Господу Богу, явился в чертоги Царские с высшим духовенством. Епископы опровергли возражения и доказательства раскольников, и юный Петр подвиг против насилия силу, сказав достойное Царственной думы слово: «пока сей венец на главе моей и душа в теле моем, матери моей Церкви воевати и православную веру неправою нарицати не попущу», и мятеж был удержан; сам начальник раскола Никита на другой день был казнен. После сих происшествий, и по распоряжению Патриарха Иоакима день Преподобнаго Сергия сделался днем ежегоднаго благодарственнаго молебнаго пения Господу Богу, за избавление от напраснаго смертнаго убийства и сохранение всея Церкви в непорушении Его святою помощию и заступлением к Нему Пресвятыя Его Богоматери и Преподобнаго Отца нашего Сергия, Чудотворца, которое во время его Патриаршества совершалось неотложно44.

Когда соправительница Царей, Царевна Софья Алексеевна, получила донос о злоумышлении начальника Стрелецкаго Приказа Хованскаго, тогда (2 сент.) она, вместе с Царями и материю Петра Алексеевича, Царицею Наталиею Кирилловною, из села Коломенскаго, под видом богомолья, немедленно удалилась сперва в Саввин, а потом в Троицкий монастырь. Между тем с пути разосланы были во Владимир, Суздаль, Юрьев и др. города воззвания к разным людям, чтобы немедленно шли под Москву, для пресечения стрелецких замыслов45. Приостановившийся в дворцовом селе Воздвиженском Царь послал за Хованским под предлогом переговоров о принятии Гетманскаго сына из Малороссии, о чем писал он к Царям в походе; но в селе Пушкине Хованский был схвачен и 17-го сент. казнен вместе с сыном своим Андреем в селе Воздвиженском.

18 сент. весь Двор из Воздвиженскаго вступил в Троицкий монастырь. Сюда собирались и тысячи верных воинов, призванных из разных городов для охранения Царей, и монастырь принял вид воинскаго стана. Потребность таких мер очевидна из того, что случилось с юным Царем Петром Алексеевичем при его вступлении в монастырь46.

С ним была только малая свита. Злоумышляющие стрельцы пришли толпою, чтоб умертвить юнаго Монарха. Петр скрылся с матерью своею в церкви. Злодеи ворвались и сюда, и один из них уже готов был поразить Царя в самом алтаре, как был удержан своим товарищем до той поры, когда Государь будет выходить из церкви. Но между тем, прискакала к монастырю царская конница: стрельцы обратились в бегство, и жизнь Государя спасена47.

Стрельцы Московские, услышав о казни их начальника и о собрании войска к Троицкому монастырю, взволновались; и то хотели укреплять Москву, чтобы противостоять Царским войскам, то приступали к Патриарху, требуя чтобы он писал к Царям о возвращении в Москву. Патриарх склонился на сию просьбу, отправив от себя к Государям Чудовскаго Архим. Адриана, но им было отказано в сем.

Между тем Цари требовали, чтобы стрельцы, если хотят получить милость, прислали от себя выборных с повинною. Патриарх, обезпечивая их в верности Царскаго слова, отправил с ними Митрополита Суздальскаго Илариона, пользуясь сим случаем поднести Царям только что отпечатанную книгу «Увет Духовный», которая писана была на случай последняго раскольническаго возмущения. София приняла их (27 сентября) против чаяния милостиво и только требовала, чтобы они возвратили захваченное в казне оружие и представили от всех полков челобитныя с изъяснением повинности и покорности воле Царской. Стрельцы принесли свои челобитныя вместе с ходатайством Патриарха и получили прощение, с тем, чтобы дали новую торжественную присягу в верности, а Патриарх сделал им духовное увещание о повиновении властям. Сие требование было исполнено 8 окт. и 10-го Патриарх уведомил о том Государей с своим духовником, игуменом Воздвиженскаго монастыря Ефремом48. По усмирении таким образом мятежников без кровопролития, в той же обители объявлены Царския милости всем чинам, собравшимся на защиту Государей, начиная с верховных сановников до детей боярских жаловали придачею поместий, деньгами и угощением с Царскаго погреба (25 окт.). А на память сего случая выбита была медаль, которую получили дворовый боярин и оберегатель Василий Васильевич Голицын и Аггей Алексеевич Шепелев49.

Чрез семь лет Царь Петр Алексеевич снова искал безопасности в сей обители, когда замыслы Софии и ея соучастника Шакловитаго созрели и Петру грозила близкая смерть. 7-го августа 1689 г. в селе Преображенском, ночью его уведомили, что в Кремле собираются стрельцы разных полков и запасаются оружием, чтобы идти против него. Царь сел на коня, в чем был и с малым числом бояр поскакал в Троицкий монастырь. В 6 часов следующаго утра он был уже здесь. Когда ввели его в покои, то утомленный необыкновенно быстрым переездом, он бросился на постель, со слезами разсказал Архимандриту происшествия и просил защиты и помощи50. Вслед за ним прибыли сюда и мать его и супруга. Между тем послано было повеление всем боярам, царедворцам и полковникам Московским, и служилым людям прочих городов, не медля ехать в вооружении к Троицкому монастырю. Напрасно Царевна София призывала Петра назад в Москву, успокоивая его на счет опасений; напрасно не позволяла никому выезжать из Москвы к Царю Петру, угрожая смертию. Петр не внимал ей. Верныя дружины, русския и немецкия, собирались снова к стенам обители, крепкой верностию. София упросила Патриарха ехать к Петру для успокоения его. Патриарх исполнил ея желание, но, прибыв сюда, уже не возвращался отсюда до самаго отъезда Царя, узнав истинное положение дел. Царевна решилась сама ехать в монастырь: но должна была возвратиться из села Воздвиженскаго. Царь Петр Алексеевич и, по согласию с ним, Царь Иоанн Алексеевич заставили ее выдать стрелецкаго голову Шакловитаго, 7 сентября привезли его к монастырю и подвергли допросу и пытке. В тот же день приехал из Москвы другой советник Софии, знаменитый заслугами и родом, тайно неблагоприятствовавший Петру, боярин князь Василий Васильевич Голицын; но его не допустили в монастырь, а 9 числа на крыльце Царских покоев прочитали ему приговор, по которому лишен он боярства и имения и сослан со всем семейством своим в Пустозерской острог. 11-го объявили Шакловитому с главнейшими соумышленниками смертный приговор, который тогда же и исполнен на площади близ монастыря, что к Московской дороге. Царевне повелено удалиться из чертогов в Новодевичий монастырь, где она и пострижена с переименованием Сусанною51.

Царь наградил своих защитников землями и деньгами, и 6-го октября отправился в Москву. Стрельцы, виновные в возмущении, встретили его еще в селе Алексеевском с знаками глубокаго раскаяния; принесши с собою плахи и топоры, они клали головы свои на плахи и не хотели встать дотоле, доколе не услышали милостиваго слова Царскаго.

Во время пребывания Царя Петра Алексеевича и Патриарха Иоакима в Троицком монастыре, был здесь вместе с Гетманом Мазепою Св.  Димитрий, впоследствии Митрополит Ростовский, а тогда еще игумен Николаевскаго Крутицкаго монастыря в Батурине. Вот что он пишет о посещении своем Троицкаго монастыря: «Сентября в 10 день, были мы с ясновельможным Гетманом у ручки Благочестивейшаго Царя Петра Алексеевича, в монастыре Троицком, обители Сергия Радонежскаго Чудотворца. В том же монастыре был в то время и Патриарх, коего посещали мы часто.

«Того же месяца в 13 день, паки в другой раз были мы у ручки у Государя Петра Алексеевича на отпуске.

«Святейший благословил мне продолжать писанием жития святых, и дал на благословение мне образ Пресвятыя Богородицы в окладе. В бытность нашу в Троицком монастыре, казнено троих знатных особ за некоторый бунт».

Обитель Троицкая не только служила убежищем Царю во время опасности, но и доставляла деятельное вспомоществование во время походов против его неприятелей, высылая своих слуг в поле. Такия услуги освобождали тогда слуг Троицких от некоторых общих сборов. Монастырь не отказывался и в значительных пожертвованиях на пользу отечества, хотя он уже лишился своих тарханных грамат. Здесь прилично привесть одну из Царских грамат, которою слуги монастырские освобождались от взноса запросных денег за 1676 год; так как из нея яснее откроются и участие обители Троицкой в других нуждах Государственных, и милости Царския, а с другой стороны представить исчисление сумм, взятых из казны монастырской, по различным требованиям Царским, с 1680 по 1701 г.

В грамате, данной 1688 года ген. 27, между прочим пишется: «По переписной книге 186 г. довелось взять в нашу Великих Государей казну, в Стрелецком Приказе, на покупку подъемных лошадей, с подмонастырных ваших служних и с служебниковых слобод, и со всяких монастырских работников со ста со шестидесяти с пяти дворов по двадцати шести алтын, по четыре деньги с двора, итого сто тридцать два рубли. И в прошлом во 195 году июня в 13 день, били челом нам Великим Государем Троицкаго Сергиева монастыря слуги, и служки, и служебники, Дмитрий Карпов с товарищи: в прежних де годех, по указу деда нашего блаженныя памяти Великаго Государя Царя и Великаго Князя Михаила Феодоровича всея России, и отца нашего, Великих Государей, блаженныя памяти великаго Государя Царя и Великаго Князя Алексея Михайловича всея великия и малыя и белыя России Самодержца, и брата нашего, Великих Государей, блаженныя памяти Великаго Государя Царя и Великаго Князя Феодора Алексеевича, всея великия и малыя и белыя России Самодержца, и по нашему Великих Государей указу в нашем Великих Государей богомолье, в дому Живоначальныя Троицы, будучи они служат наши Великих Государей и монастырския всякия службы из монастырскаго денежнаго и хлебнаго годоваго жалованья, и для всяких наших Государских и монастырских дел в городе и монастырские промыслы и в дальние во всякие посылки посыланы бывают на своих лошадях. И в прошлых годех деду нашему Великих Государей блаженныя памяти Великому Государю, и отцу нашему Великих Государей блаженныя памяти Великому Государю, и брату нашему Великих Государей блаженныя памяти Великому Государю, – служили они во многих городех многия ж службы: под Ригою и под Вильною, и под Быховым, и в Севску, и в Путивле, и в Черкасских и в низовых городех против воровских козаков, и на тех наших Государских многих службах, и на боях, и на съездах, и на приступех, и на вылазках с Польскими и Литовскими людьми, с Крымскими Татары и Черкассы и с воровскими казаки, – многие их братья побиты и поранены, и в полон поиманы, и доныне в полону. И за такия многия службы, по милостивому указу деда и отца и брата нашего, Великих Государей, блаженныя памяти Великих Государей, для милости Пресвятыя и Живоначальныя Троицы и великих Чудотворцев Сергия и Никона, многих ради их чудес и на враги в ратех вспоможения, – от иных монастырских слуг они отверстаны, и никаких их Государских поборов и податей с них никогда не имывано; а по нашему Великих Государей указу спрашивают с них в Стрелецкий Приказ, на лошадиную покупку, запросных денег по двадцати по шести алтын по четыре деньги с двора по переписным книгам 186 году. А с них де от начала жития великаго Чудотворца Сергия никаких наших Государских денежных и хлебных поборов никогда неимывано; и служат они из денежнаго и хлебнаго годоваго жалованья, а пашенными землями и сенными покосы не владеют, и платить им тех денег не из чего; а по нашему Великих Государей милостивому указу Новодевича и Савина монастырей слуги пожалованы, тех денег имать с них не велено. И нам Великим Государем пожаловати бы их – не велеть прежних Государских милостивых указов нарушить за их службы, и за крови и за раны и за полонное терпение. И по нашему Великих Государей имянному указу тех запросных денег имать на них не велено, и из окладу выложено, и в приходной книге под статьею очищено, для того, что в них наперед сего стрелецкаго хлеба и никаких поборов неимано и живут они не на пашне; да и для того, что в Троицком монастыре наше Великих Государей пришествие бывает почасту, и перед прочими монастыри – Троицкой монастырь нашею Великих Государей милостию отменен, и слуги перед иными монастырскими служками отверстаны»52.

О суммах, взятых из монастыря по требованиям Царя и других лиц Царской фамилии, в архиве монастырском сохранились следующие записи:

В 1680 г. взято 1,000 р.; в 1682 по указу Царя Петра Алексеевича 14,000 р., для Царевен 70 р., в 1684 г. для Царевны Екатерины Алексеевны в два раза 2,000 р.; в 1694 г. для нея же 500 руб.; в 1695 г., по указу Царскому, 50,000 руб. на ратных людей; в следующем году еще 40,000 на тот же предмет; в 1698 г. 7,000 р. на корабельное строение; в 1699 г. 30,000Пр. на ратных людей; в 1701 г. 5,000 р. также на войско, а всего в течении двадцати лет 129,570 р. тогдашнею монетою.

Важнейшия из сих пожертвований, впрочем в виде займа, сделаны по случаю войны Азовской, уже при преемнике Викентия, который 22 апр. 1694 г., по указу Государей, съехал на обещание свое, во Владимирский Рождественский монастырь.

51. ИОВ (1694–1697).

Переведен на место Викентия из Московскаго Высокопетровскаго монастыря, быв постриженником Троицкаго монастыря; управлял Троицким монастырем три года и один месяц. По взятии Азова, Царь 8 октября 1696 г. приезжал в Троицкий монастырь для принесения благодарности Господу Богу53. – В 1697 г. Иов, сделавшись лично известным Государю, был возведен в Митрополита Новгородскаго. Сей-то Архипастырь обратил внимание на участь вызванных из Греции и потом заточенных по наветам Сильвестра Медведева братьев Лихудов, исходатайствовал им свободу, и открыл при посредстве их два училища в Новгороде, Греколатинское и Славянское, устроил здесь из своих вотчинных доходов многия благодетельныя заведения, как-то больницы, гостинницы для прохожих и первый в России воспитательный дом54.

52. ЕВФИМИЙ (1697–1700).

Постриженник Троицкаго монастыря, переведен из Московскаго Знаменскаго монастыря 6-го июня 1697 г.; скончался 17 дек. 1700 г.; погребен подле Серапионовской палатки.

53. ИЛАРИОН (1701–1704).

Переведен из Архимандритов Новоспасскаго монастыря 6-го генваря 1701 г. и чрез три года рукоположен в Митрополита Крутицкаго, апреля 9 дня55.

54. СИЛЬВЕСТР  ВОЛЫНСКИЙ (1704–1707).

Переведен из Архимандритов Новгородскаго Юрьева монастыря 2 нояб. 1704 г.; поступил в Митрополита Нижегородскаго сентября 1707 г.56

55. ИОАСАФ III (1707–1709).

Переведен из Архимандритов Высоко-Петровскаго монастыря; 17 ноября 1709 г. скончался в Троицком монастыре и положен подле алтаря Никоновской церкви с полуденной стороны.

56. ГЕОРГИЙ (1711–1718).

После сих часто переменявшихся Настоятелей долее оставался монастырь в управлении Архим. Георгия Дашкова. Сначала он был строителем Астраханскаго Троицкаго монастыря. Во время возмущения стрельцов в Астрахани в 1705 и 1706 г., когда Фельдмаршал Граф Шереметев и Адмирал Апраксин посланы были для укрощения мятежников, Георгий оказал важныя услуги, доставлял Фельдмаршалу нужныя сведения о намерениях возмутителей57. Сие обратило на него взор Монарха. По водворении мира Государь писал к Апраксину (29 авг.  1706 г.): «когда ваша милость в Петербург поедет; то изволь взять с собою старца Дашкова, который в Астрахани». После того Георгий Дашков был сперва Келарем, а потом Архимандритом Троицкаго монастыря. В 1718 году июля 13 дня поступил в Епископа Ростовскаго58.

57. ТИХОН  ПИСАРЕВ (1718–1721).

Взят из Ярославскаго Спасскаго монастыря. Он подписался под Духовным Регламентом, который в 1721 г. введен в действие, но не был призван в число советников Св.  Синода и неизвестно где скончался.

58. ГАВРИИЛ  БУЖИНСКИЙ (1722–1726).

Знаменитый в свое время проповедник слова Божия, из Малороссиан; образовался в Киевской Академии, был учителем в Славяно-Греко-Латинской Академии, и здесь сделался известным Императору Петру I-му, который делал ему различныя ученыя поручения. В 1714 г. из Префектов Академии Гавриил определен обер-Иеромонахом флота, и часто проповедывал в присутствии Государя. В 1721 г. будучи поставлен в Архимандрита Костромскаго Ипатьева мон., в 1722 г. мая 24 переименован в Архимандрита Троицкаго монастыря, пребывая в СП. Бурге при Св.  Синоде первым «советником» поступил в Епископа Рязанскаго, 1726 г. октяб. 30 д.59

Управление Троицкой обители с сего времени часто вверяемо было лицам наиболее известным по своей образованности и красноречию.

Среди преобразований, произведенных относительно вотчиннаго управления Императором Петром I-м, Троицкий монастырь сохранил свое особенное положение. В 1701 г. не были отписаны у него вотчины, как у прочих. В 1724 г. не был для него ограничен штат иноков60.

59. ВАРЛААМ II (1726–1737).

Переведен из Даниловскаго Переяславскаго монастыря 30 окт. 1726 г. По благоволению к нему Императрицы Анны Иоанновны, которой он был духовником, часто получал от нея щедрые дары для обители. При нем возвращены монастырю те села и деревни, которыя при Государе Императоре Петре I-м были отчислены к новооснованной Троицкой Александровской Лавре61. Архимандрит Варлаам скончался в Троицкой Сергиевской пустыни, 23 июля 1737 г.

60. АРСЕНИЙ I-й  ВОРОНОВ (1737–1738).

Незадолго пред кончиною Варлаама был вызван из Архимандритов Вологодскаго Прилуцкаго монастыря в Келаря Троицкаго монастыря. По кончине Варлаама назначен ему преемником, и требован был в Св.  Синод для принятия благословения. Но от сего отказался и с тем вместе сложил с себя и келарскую должность.

В сие время Императрица Анна Иоанновна, после посещения Троицкой обители, повелела Св.  Синоду дать Настоятелям Троицкаго монастыря наставление для управления сею обителию. Она изъявила свою волю, чтобы 1) введено было в Троицком монастыре управление, по примеру Киевопечерской Лавры, соборное, «ни Архимандрит один, ни Келарь, ни Казначей особливой власти не имели», но избраны были 12-ть разумных и добродетельнаго жития старцев, с которыми обще и должен Архимандрит разсуждать обо всех делах; 2) чтобы при сем монастыре учреждена была Семинария для приготовления достойных людей на места священническия. Для сего повелено было собрать из детей священно-церковно-служительских и монастырских слуг до 200 ч., и обучать их Риторике, Философии и Богословию, языкам Латинскому, Греческому, и если возможно Еврейскому; 3) чтобы устроен был на кошт Троицкаго монастыря в каком либо из женских монастырей сиротский дом для детей обоего пола, в котором бы сироты и дети, брошенные преступными родителями, могли найти призор и воспитание до известнаго возраста. – Св.  Синод, на основании сего повеления и Духовнаго Регламента, составив подробное наставление как для монашествующих, так и для Настоятелей Троицкаго монастыря и представив его на утверждение в кабинет Государыни, прислал сию инструкцию при указе от 29 ок. 1739 г. к непременному исполнению62.

61. АМВРОСИЙ  ДУБНЕВИЧ (1739–1742).

Для исполнения сих предначертаний переведен был (3 генв. 1739 г.) в настоятеля Троицкаго монастыря Архимандрит Киевскаго Злато-верхо-Михайловскаго монастыря Амвросий, бывший Ректором Киевской Академии. Однако же Семинария не была при нем открыта; устроение последней, кажется, снова было отменено при перемене правления. Амвросий был поставлен в Епископа Черниговскаго (27 сент. 1742 г.).

62. КИРИЛЛ III  ФЛОРИНСКИЙ (1742–1743).

Переведен из Архимандритов Московскаго Заиконоспасскаго монастыря и Ректоров Славяно-Греко-Латинской Академии (11 сент. 1742 г.), и немедленно открыл в Троицком монастыре Семинарию, именно в октябре месяце, сначала не более как на сто человек. Учители были взяты из Славяно-Греко-Латинской Академии, как напр. Арсений Могилянский; других Св.  Синод требовал из Киевской Академии; управление делами Семинарии вверено было Интенданту. Для библиотеки Семинарской отделены нужныя книги из библиотеки монастырской. Для ея помещения назначены две палаты под чертогами и три палаты в городовой стене. Но вскоре смерть пресекла его просвещенную деятельность; он скончался 9 января 1744 года и погребен в бывшей паперти Успенскаго собора.

63. АРСЕНИЙ II-й  МОГИЛЯНСКИЙ (1744–1752).

Быстрым возвышением своим Арсений обязан таланту проповедническому, которым обратил он на себя внимание Императрицы Елисаветы Петровны. В 1742 г. взят в учители Троицкой Семинарии будучи Иеродиаконом; в 1743 г. избран в придворные проповедники; в генваре 1744 г. поставлен Архимандритом Лавры, и в том же году 25 июля Архиепископом Переяславским, сохраняя звание Архимандрита Лавры и оставаясь в Санкт-Петербурге для присутствования в Св.  Синоде.

С учреждением в Троицкой Лавре Семинарии сделалось в ней постоянным проповедывание слова Божия начальниками и учителями Семинарии. Преосвящ. Арсений, сверх обыкновеннаго проповедывания в Лавре во время Литургии в воскресные дни, в 1747 г. учредил публичное преподавание Катихизиса в те же дни пред вечерним Богослужением, как в Лавре для монашествующих, так в посаде, в Рождественской церкви, для местнаго духовенства и простаго народа. В первой назначено говорить поучения Префекту Иеромон. Афанасию, в последней учителю Иеромонаху Кириллу Лящевскому. Сверх того Префекту Иеромонаху Афанасию поручено было руководствовать к правильному разумению Христианскаго учения и духовенство окружных сел Троицкаго монастыря63.

В царствование Императрицы Елисаветы Петровны, по благоволению ея к Преосвящ. Арсению, оказаны многия милости Лавре64 и взяты из Лавры, – кроме четырех Архимандритов оной, – на кафедры святительския наместники: в 1742 г. Антоний Нарожницкий в Тобольск, в 1745 г. Феодосий Янковский в С. Петербург, в 1748 г. Иоасаф Горленко в Курск, в 1753 г. Феофан Чарнуцкий в Нижний Новгород.

Преосвящ. Арсений в 1752 г. по болезни удалился на покой в Новгородо-Северский Спасский монастырь; откуда впрочем чрез пять лет вступил на служение Церкви, назначенный Государынею в Митрополита Киевскаго.

64. АФАНАСИЙ  ВОЛХОВСКИЙ (1752–1758).

Быв Ректором Троицкой Семинарии, – первым преподавателем в ней Богословия, и вместе Келарем Лавры, поступил в Архимандрита ея, и отсюда 21 апр. 1758 г. в Тверь в Епископа65.

65. ГЕДЕОН  КРИНОВСКИЙ (1758–1761).

Из проповедников при Славяно-Греко-Латинской Академии в 1754 г. избран в придворные проповедники самою Государынею Императрицею Елисаветою Петровною, которая всегда слушала его поучения с удовольствием и часто даже сама назначала предметы проповедания и благодарила за изъяснение их различными подарками. В 1758 г. он переведен в Архимандрита Лавры из Саввина Сторожевскаго монастыря; пожалован членом Св.  Синода и продолжал проповедывание при дворе почти до самой кончины Императрицы Елисаветы Петровны. К известным его достоинствам можно присовокупить следующий отзыв о нем Преосв.  Митрополита Платона, который им вызван был в Троицкую Семинарию 25 июня 1758 г., когда еще был Петром Левшиным, и пользовался его расположением: «Гедеон был человек учения довольнаго, особенно одарен талантом красноречия; сердце имел открытое и искреннее, и очень удален от хитростей политических, и потому некоторых имел себе невеликих доброжелателей. Верх его хвалы, что от которых в жизни не был любим, за слов свободность, от тех был похваляем по смерти за чистосердечие. Будучи в Лавре, рачительным был тамошних школ покровителем»66. Между прочим было исходатайствовано им у Св.  Синода, чтоб Архиереи тех епархий, где были вотчины Лавры, не производили без ведома ея никого во священники и диаконы, и чтобы Лавре предоставлено было назначать туда кандидатов из обучающихся в Лаврской Семинарии. – В 1761 г. окт. 8 д. Архимандрит Гедеон посвящен в Епископа в Псков, где и скончался 22-го июня 1763 г.

66. ЛАВРЕНТИЙ  ХОЦЯТОВСКИЙ (1761–1766).

Из певчих Киевскаго кафедральнаго Архиерейскаго дома взят был в Лавру Преосвящ. Арсением; отсюда в 1752 г. поступил в придворные певчие; в 1754 г. вступил в монашество, а в 1761 году произведен в Архимандрита Лавры, где и скончался 20 генваря 1766 г. При нем наместник Лавры Иннокентий Нечаев 23 февраля 1763 года возведен в Епископа Коксгольмскаго, Викария Новгородскаго67. При нем же в 1764 г. последовало новое учреждение относительно монастырей, в следствие котораго Лавра поступила на штатное содержание и в тоже время взята от Лавры остаточная сумма 66,238Пр. месте с тем определен свой оклад и на Семинарию из Коллегии Экономии. Таким образом Лаврская Семинария сделалась независимою от Лавры по содержанию и поступила в число учебных учреждений по духовному ведомству.

67. ПЛАТОН  ЛЕВШИН (1766–1812).

Вызванный из Славяно-Греко-Латинской Академии в учители Лаврской Семинарии, в 1758 г. пострижен в монашество; с 1761 года был Префектом Семинарии и учителем Философии, в 1762 году определен Ректором и учителем Богословия. Своими речами и словами обратив на себя внимание Государыни Императрицы Екатерины II, по случаю посещения ею Лавры вскоре после коронования, и вторично в 1763 г. по случаю путешествия ея в Ростов, Платон взят был в июле месяце сего года в законоучителя к Наследнику Престола Павлу Петровичу и проповедника при дворе. В июле 1766 г. быв посвящен в Архимандрита Лавры, сие звание он сохранил и при возведении в Архиепископа Тверскаго (12 октября 1770 г.) и при переведении в Архиепископа Московскаго (21 генваря 1775 г.) до самой кончины. Таким образом управлял Троицкою Лаврою долее, нежели кто нибудь из прежних ея настоятелей.

Перемена в хозяйственном состоянии Лавры, с учреждением штатов, требовала особенной попечительности Настоятеля об устройстве ея сообразно с новым положением. Учредить правильное употребление настоящих ея способов, воспользоваться благоразумно сбереженным от прежняго времени, и на важнейшие предметы испросить вспоможение у правительства на счет тех имений и сумм, которыя прежде принадлежали Лавре, – вот чего требовали обстоятельства того времени. И Платоном все сие устроено так, что обитель, не смотря на ограничение внешних способов, явилась при нем в гораздо благолепнейшем виде, нежели при своем прежнем богатстве. По ходатайству преосвященнаго Платона отпущено было из Коллегии Экономии в 1767 году 13,843 рубля для окончания колокольни; в 1775 г. на исправление ветхостей в зданиях Лаврских и стенах и на украшение Троицкаго собора живописью 28,617 р. 70 к.; в 1780 г. 8,112 руб. на устроение вновь ризничнаго корпуса, и 4,500 руб. на покупку боевых часов.

Преосвященный Платон и сам был щедрым жертвователем на украшение Лавры. В 1783 году он возобновил древний обычай записывать все приношения во Вкладную монастырскую книгу с именами вкладчиков и сия книга свидетельствует, что с 1766 по 1794 год пожертвовано им в Лавру и Вифанию вещами и деньгами более нежели на тридцать тысяч рублей.

Попечение о благоустройстве внутреннем не менее занимало душу пастыря стада Христова. Вступив в управление своею обителию, он предписал читать каждое воскресенье за трапезою правила св.  Василия и другия церковныя постановления о монашествующих и, заключая свое предписание, присовокупил: «да поспешит Бог сему моему благому намерению видеть св.  обитель украшаемую добродетелию иноков.»68.

По другим своим обязанностям находясь более в С.-Петербурге, и потом в Твери и Москве, преосвященный не мог часто беседовать с иноками; но часто стали слышны его поучения в Лавре с 1792 г., когда Государынею Императрицею, по его прошению, дозволено было ему жить в Лавре, сколько разсудит, а управление епархии поручить своему Викарию.

Преосв.  Платон служение свое в Лавре вменял себе за особенное благодеяние Божие. Сие исповедал он пред концем своего земнаго поприща в слове на день памяти Пр. Сергия. Прославляя благодеяния Угодника Божия, он говорил: «Я ли умолчу? Я воспитанник его обители и в ней яко отродивыйся духом, и уповая с перстию священнаго места сего смешать тленную свою персть? Дожив до старости, ежели в жизни своей имел я какия удовольствия, выгоды и пользы телесныя и душевныя, все это по справедливости должен по Бозе приписать благословенному месту сему и святым Угодника Божия молитвам. С самых младых моих лет, по особенному Божию провидению, призван был я в обитель сию неожиданным случаем, ни по намерению моему, ни по чаянию; сие было действие единых Божиих непостижимых судеб. Потом та же рука Божия присовокупила меня к избранному обители сея стаду, и к роду жизни, Преподобнаго жизни сообразной. И се уже близ пятьдесятый год, а настоятельства моего минуло уже сорок лет, как долготерпение Божие благоволило пребывать мне в месте сем».

«При сильном сего воображении и воспоминании, о коликая объемлет меня и радость и страх! Радость, – что таковыя сподоблен благодати, и что многия к чести и пользе сея обители споспешествовал Господь, молитвами Преподобнаго, совершить труды и предприятия. Но страх, – что приняв род жизни, жизни святаго сообразной, признаю и исповедаю, яко многими моими слабостями, грехами и беззакониями был весьма недостаточным святой жизни его подражателем. Восхвалял его словом, но делами был удален от него. Ни молитвами, ни смирением, ни воздержанием, ни мало не уподобился ему. Боюсь, боюсь, да мои самыя его жизни похвалы не обратятся мне в грех: ибо не красна песнь в устах нечестивых».

«Однако, – присовокупил Святитель, – я не переставал и не престаю восхвалять его, дабы чрез сие изъявить хотя то, что я удивляюсь его делам, – и молитвами его желаю исправления жизни моей и Богоугодной кончины», и заключил свое слово молитвою к Пр. Сергию: «приими и от меня недостойное, и, может быть, по старости и слабости моих лет последнее святыя твоея жизни похвальное проповедание. Дерзновенно желать подобнаго тебе жребия: но дозволь хотя того желать, да умрет душа моя в душах праведных сих»69.

Во время настоятельства преосвященнаго Платона, покровительство Пр. Сергия особенно видно было над Лаврою в два тяжкия для всего отечества времена: 1) в 1771 г., когда Москва и окрестные города были посещены смертоносною язвою, и самый посад лишился от нея многих своих жителей: в обители, не смотря на то, что она была отверста всем приходящим, сохранились невредимы и монашествующие, и ученики Семинарии, коих было более 200 человек. Никто не умер даже из служителей Лавры, которые жили в посаде и имели свои домы между домами умиравших от язвы. Тогда многие монастыри и села, прежде принадлежавшие Лавре, брали себе от нея на благословение св.  иконы. 2) В год нашествия на Россию двадесяти языков. Москва уже была раззорена; пятитысячный отряд занимал Дмитров; Богородск также был в руках неприятеля; оба города на разстоянии от Лавры не более сорока верст. И однако же Лавра осталась неприкосновенною. Дано было повеление отряду, стоявшему в Дмитрове, идти на Лавру. Но в тот день, когда сему повелению надлежало исполниться, – в день Покрова Пр. Богородицы, братия Лавры и с ними жители посада совершили крестный ход вокруг всего селения; и в тот же день французские отряды обратились к Москве. Признавая в сем явное чудо милосердия Божия, преосвященный Платон благодарно исповедал свои чувства пред Св.  Синодом: «Лавра и Вифания, по судьбам Провидения, не испытала на себе пагубных перунов. Это суть места идеже мир и тишина положили селение свое! – Дивен Бог во святых своих – дивен в Пр. Сергие! – «Аще не его ради, Аз погубил бых вас». – Сему верую, на сем утверждаюсь, сие исповедую». Так писал Платон за несколько дней до своей кончины.

Среди бедствий отечества, Лавра, спасаемая Богом, сама спешила с пожертвованиями на нужды государственныя. В 1807 г. в числе 20,000 р., внесенных Митрополитом Платоном на земское ополчение, 7,000 р. было от Лавры и 2,000 р. от самого Преосвященнаго; прочие от Чудова и Перервинскаго монастырей. В 1812 г. от Лавры пожертвовано было 70,000 р. ассигн. и 2,500 р. сереб., сверх того серебра в слитках и в посуде 5 пуд. и 4 фунт.

11 ноября 1812 года преосвященный Платон скончался и обрел себе покой там, где желал и где издавна приготовлял себе могилу, – в Вифании.

68. АВГУСТИН  ВИНОГРАДСКИЙ (1814–1819).

Начал служение свое в должности учителя в Перервинской Семинарии в 1787 г., откуда в 1788 г. Преосвященным Платоном переведен в Лаврскую Семинарию; будучи Префектом, пострижен в монашество в 1793 г., потом был ея Ректором (1795) и Архимандритом Лужецкаго монастыря с 1798 г. В 1802 году переведен в Ректора Славяно-Греко-Латинской Академии и Архимандрита Заиконоспасскаго монастыря; чрез два года быв Епископом Дмитровским, Викарием Московской Митрополии, в 1814 году произведен в Архиепископа, в то же время наименован Архимандритом Лавры. В 1818 г. переименован Московским Архиепископом, но в следующем году скончался, и по завещанию его погребен в Лавре.

В его время в Лавре Семинария, существовавшая 72 года, преобразована в Академию, на место Московской Славяно-Греко-Латинской, 1-го октября 1814 года.

69. СЕРАФИМ  ГЛАГОЛЕВСКИЙ (1819–1821).

25 декабря 1799 года в Лавре преосвященным Митрополитом Платоном рукоположен в Епископа Дмитровскаго. Почти чрез двадцать лет потом, с возведением в Митрополита Московскаго, наименован и Архимандритом Лавры. В 1821 г. переведен на епархию Новгородскую и С.-Петербургскую.

70. ФИЛАРЕТ  ДРОЗДОВ (1821–1867).

Третий настоятель Лавры из школы Платоновой и любимейший из учеников маститаго Архипастыря Московскаго, замеченный им особенно по своим проповедническим дарованиям в то время, когда он был учителем Троицкой Семинарии. В ноябре 1808 г. пострижен в Лавре Пр. Сергия в монашество, и в начале следующаго года вызван в С.-Петербург, где в марте 1812 года определен Ректором Духовной Академии; в 1817 г. августа 5 хиротонисан в Епископа Ревельскаго, Викария С.-Петерб. епархии; в марте 1819 г. повелено ему быть Архиепископом Тверским и вместе членом Св.  Синода; в сентябре 1820 года переведен он на епархию Ярославскую, а июля 3-го 1821 г. из Архиепископов Ярославских переведен на кафедру Московскую и наименован Архимандритом Лавры.

Во время управления Лаврою внимание Святителя Филарета столько же было обращено на благоустроение духовной жизни иноков, сколько и на внешнее благоустройство обители.

Питая дух свой ежедневно словом Божиим, он любил заниматься подвижническими писаниями тех Отцев Церкви, которые глубже раскрыли таинственную область внутренней жизни христианской, как-то: Пр. Максима Исповедника, котораго «Четыре сотницы о любви» еще в 1817 г. изданы им в переводе на русский язык, Макария В., котораго словами не редко пользуется он в своих поучениях, Ефрема Сирина, из писаний котораго составлен им выбор, Исаака Сирина, Иоанна Лествичника и других. В том же духе он желал руководить и братию обители Сергиевой, раскрывая в своих поучениях, произнесенных в Лавре, учение об истинном духе монашества, о важности подражания святым, о святости, о молитве, об искушениях, о распятой жизни и других сродных предметах. В письмах к непосредственным начальникам братства Лаврскаго, преподавая разрешение их вопросов, при каждом случае он напоминал о духовных обязанностях иноков и внимательно следил за страждущими какими либо недугами духовными. Посещая Лавру, особенно в дни ея торжественных празднеств, и оставаясь в Лавре в летние месяцы для подкрепления сил своих, сам подавал пример строгой жизни иноческой, благоговейной молитвы и неутомимой ревности к священнослужению.

Враг роскоши, но любитель благолепия храмов Господних и вместе ревнитель простоты, он мыслию и сердцем любил переноситься к первобытному убожеству пустыни Сергиевой, которое скрывало в себе богатство духовных сокровищ. В этом отношении особенно примечательно слово его при освящении храма, при гробнице Пр. Михея, в память явления Божией Матери Пр. Сергию. Раскрывая здесь ту мысль, что и вся обитель Троицкая есть памятник сего чудеснаго посещения, с высоким одушевлением высказывает он желание узреть пустыню Сергиеву в первообразном ея виде.

«Кто покажет мне, говорит священный оратор, малый деревянный храм, на котором в первый раз наречено здесь имя Пресвятыя Троицы? Вошел бы я в него на всенощное бдение, когда в нем с треском и дымом горящая лучина светит чтению и пению, но сердца молящихся горят тише и яснее свещи, и пламень их досягает до неба, и Ангелы их восходят и нисходят в пламени их жертвы духовной. Отворите мне дверь тесной келлии, чтобы я мог вздохнуть ея воздухом, который трепетал от гласа молитв и воздыханий Пр. Сергия, который орошен дождем слез его, в котором впечатлено столько глаголов духовных, пророчественных, чудодейственных. Дайте мне облобызать праг ея сеней, который истерт ногами Святых, и чрез который однажды переступили стопы Царицы Небесныя. Укажите мне еще другия сени другой келлии, которыя в один день своими руками построил Пр. Сергий, и в награду за труд дня, и за глад нескольких дней, получил укрух согнивающаго хлеба... Ведь это все здесь: только закрыто временем, или заключено в сих величественных зданиях, как высокой цены сокровище в великолепном ковчеге».

Тем же духом благоговения к великим добродетелям основателя пустыни, и назидательности исполнено и житие Пр. Сергия, составленное Архипастырем еще в начале управления обителию, и впоследствии дополненное сказаниями о знамениях чудесной помощи Пр. Сергия, явленных в судьбах обители, Церкви, Государства и частных лиц.

Соответственно такому настроению духа, Настоятель Лавры и избытки средств ея старался обращать на благотворительныя учреждения, которыя бы могли приносить пользу нуждающимся всякаго рода. При нем открыто в Лавре ежедневное раздаяние пищи странным, больница в стенах обители для приходящих, дом призрения для больных и безпомощных вне Лавры, училище для детей жителей посада и окрестных селений, училище иконописания и обучение другим ремеслам. При нем в соседстве с Лаврою устроен Скит Гефсиманский, в качестве общежительнаго отделения Лавры.

Между тем Лавра, как и в прежния времена, не отказывалась благотворить нуждающимся и по особым чрезвычайным обстоятельствам. Так во время войны Греков за независимость, она, продав некоторыя из своих драгоценностей, и собрав пожертвования от своих братий, послала более 15,000 р. на искупление пленных, нам единоверцев. Позднее, уделяла от своих сокровищ на созидание и украшение храмов у единоплеменных нам Славян. Во время Крымской войны с Турциею, она, по распоряжению своего Настоятеля, вместе с кафедральным Чудовым монастырем, представила Правительству 50,000 руб. сер. для употребления на потребности православных воинов и войны.

В 1867 г. августа 5 дня Лавра была свидетельницею необычайнаго, безпримернаго уважения к своему Настоятелю всей России, по случаю пятидесятилетняго юбилея его святительства. И Самодержец Всероссийский, и Святейший Синод, и пастыри Русской Церкви, и Патриархи Востока, и даже пастыри иноверных церквей приветствовали доблестнаго Архипастыря Московской Церкви, достославно протекшаго столь продолжительное и многотрудное поприще.

Но дух его уже воспарял к почести вышняго звания Божия. 19 ноября, по совершении св.  Литургии в домовой своей церкви в Москве, без предварительной болезни, он переселился в вечную жизнь. Тело его торжественно перенесено в Лавру и 28 ноября предано земле, по завещанию его, близ церкви Сошествия Св.  Духа, в храме в честь Праведнаго Филарета.

Во время управления Лаврою Святителя Филарета братство Лавры значительно умножилось и из братства ея вышло до 30 настоятелей разных монастырей.

71. ИННОКЕНТИЙ  ВЕНИАМИНОВ (1868–1879).

В монашество пострижен из начальников миссий протоиереев Митрополитом Филаретом в С.-Петербурге на Троицком подворье в 1840 году, и тогда же рукоположен в Епископа Камчатскаго. Из Архиепископов Камчатских переведен на кафедру Московскую и наименован Митрополитом и Архимандритом Лавры 5 января 1868 года. Скончался 1879 г. марта 31, и погребен там же, где М. Филарет.

72. МАКАРИЙ  БУЛГАКОВ (1879–1882).

Воспитанник Киевской Духовной Академии, пострижен в монашество 15 февраля 1841 г., с 1851 г. Епископ Винницкий, с 1857 г. Тамбовский, с 1859 г. Харьковский, с 1868 г. Архиепископ Литовский и Виленский; 8 апреля 1879 г. наименован Митрополитом Московским и Священно-Архимандритом Лавры. Скончался 9 июня 1882 года и погребен в Успенском соборе Лавры на правой стороне от западных дверей, где, еще за год до кончины, сам указал место для своей могилы.

73. ИОАННИКИЙ  РУДНЕВ (с 1882 г.).

Магистр Киевской Духовной Академии, пострижен в монашество в 1849 году; до 1860 г. состоял на службе при той же Академии сначала Профессором, потом Инспектором и Ректором. С 1861 г. Ректор С.-Петербургской Духовной Академии и Епископ Выборгский, с 1863 г. Епископ Саратовский, с 1873 г. Нижегородский, с 1877 г. Архиепископ и Экзарх Грузии. 1882 г. 27 июня наименован Митрополитом Московским священно-Архимандритом Лавры.

Совершилось более пяти столетий, как стоит сия св.  обитель. Переменялись люди, изменялись обстоятельства. Неизменны сохранились благодатное покровительство Божие и благоговейное усердие Дома Царей к Дому Пр. Сергия.

В Бозе почивший Государь Император Николай Павлович и Супруга его Благочестивейшая Государыня Императрица Александра Феодоровна, после священнаго венчания на царство, благоволили праздновать здесь день памяти Пр. Сергия. Государь Император и после того троекратно посещал сию обитель и совершал в ней молитвы. Государыня Императрица двукратно предпринимала нарочитыя путешествия в обитель Пр. Сергия для поклонения св.  мощам его.

Шествуя по стопам своих Родителей, Государь Император Александр Николаевич, еще будучи Великим Князем, сперва один, потом с Супругою Своею, приносил в Лавре молитвы Господу Богу, пред мощами Его Великаго Угодника. По вступлении же на Прародительский престол, – еще до священнаго венчания на царство, вместе с Супругою Своею Благочестивейшею Государынею Императрицею Мариею Александровною и всем Августейшим Семейством, притек в обитель Пр. Сергия с молитвою к Предстателю земли Русской о избавлении ея от врагов. По священном миропомазании и венчании Благочестивейший Государь с супругою Своею, оставляя столицу, паки уединялся в обитель пустынножителя Радонежскаго для благоговейной молитвы на великий подвиг царствования. После того их Величества еще посещали Лавру для богомоления в июне 1861, декабре 1862, и августе 1865 годов и наконец 24 апреля 1877 года, решившись поднять оружие против исконных врагов Христианства и вековых угнетателей наших братий по вере и языку – Восточных Славян Государь Император Александр Николаевич, после известной своей речи в Московском Кремлевском дворце, посетил Лавру Пр. Сергия, чтоб испросить у сего великаго заступника земли Русской – благословение на предпринимаемое дело. Встреченный в Лавре ея маститым Настоятелем Митрополитом Иннокентием, словом вполне соответствующим событию дня – по молитве у гроба Преподобнаго Государь Император благоволил принять из рук старца Митрополита чудотворную икону Явления Божией Матери Преподобному Сергию, для препровождения оной в действующую армию. И ныне благополучно Царствующий Государь Император Александр Александрович искал утешения в великой скорби Своей у св.  Мощей Пр. Сергия: он посетил Лавру с Своим Августейшм Семейством 19 июля 1881 года. Мая 22, 1882 года, после священнаго миропомазания, Благочестивейший Государь Император снова приносил Царственныя молитвы Свои, со всем Августейшим Семейством, у Мощей Угодника Божия и приложил богато украшенныя венцы на икону Посещения Богоматери, что за ракою у стены, и на изображение Пр. Сергия, находящееся на крыше самой раки. Члены Августейшаго Семейства в разных обстоятельствах жизни, по благочестивому влечению сердца, отдельно и совокупно, прибегают к предстательству общаго о всех молитвенника, и даже удаленные жительством от России, когда после долгих лет отсутствия снова посещают землю Русскую, не оставляют ее, не приняв благословения Пр. Сергия.

Ясным знамением благоволения Божия к обители и заступления Угодника Божия было сохранение ея неприкосновенною от губительной болезни, холеры, которая свирепствовала в 1830, 1847, 1848 и последующих годах, в Москве, Переяславле и других окрестных городах.



Номер страницы